Навигация
ТВ программа


Поиск Яндекс


ml
Rambler's Top100
 
Главная arrow Новости arrow Гостайное становится явным
 
Гостайное становится явным Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Administrator   
13.10.2008
Следствие утверждало, что, работая с 1984 по 1997 годы в КГБ СССР и ФСБ России, он копировал служебные документы, которые после увольнения из органов незаконно хранил у себя дома. В ходе обыска у него в квартире изъяты следственные материалы КГБ СССР, Министерства безопасности РФ, ФСК и ФСБ. Секретными экспертиза признала около 30 документов. В марте 2006 года в разглашении гостайны обвинили новосибирского ученого, доктора физико-математических наук, заведующего лабораторией кинетики процессов горения Института химической кинетики и горения Сибирского отделения РАН Олега Коробейничева. По версии следствия, в одной из работ, подготовленных по гранту США, он разгласил секретные сведения, касающиеся ракетного топлива. В мае 2007 года все обвинения в адрес ученого сняты. В апреле 2007 года двух ученых из Новосибирска, докторов физико-математических наук братьев Игоря и Олега Мининых обвинили в распространении секретной информации о возможностях и характеристиках некоторых видов вооружения. Информация была опубликована в книге «Институт прикладной физики: научные школы и технологии», выпущенной тиражом 50 экземпляров к 40-летнему юбилею Новосибирского института прикладной физики. В августе 2007 года подозрения с братьев сняты. В июле 2007 года в разглашении гостайны обвинили адвоката Бориса Кузнецова. Следствие считает, что, являясь адвокатом бывшего сенатора от Калмыкии Левона Чахмахчяна, он сфотографировал секретный документ, в котором сообщалось о прослушивании правоохранительными органами телефонных переговоров экс-сенатора. Адвокат направил копию этого документа вместе с жалобой в Конституционный суд России. Ареста Кузнецов ждать не стал и уехал за границу. В феврале 2008 года он получил политическое убежище в США. В октябре 2007 года Московский окружной военный суд приговорил к трем годам условно за разглашение гостайны бывшего заместителя главного редактора одной из воинских частей Военно-топографического управления Генштаба Минобороны России Константина Веселова. За 200 тысяч рублей он продал коммерческой фирме секретные карты. «В 1990-е годы из-за правового нигилизма многие наши сограждане ринулись на Запад продавать информационные базы и секретные данные. Некоторые россияне до сих пор считают, что разглашение госсведений и их продажа не являются преступлением, - напомнил в беседе с корреспондентом «Газеты» Михаил Гришанков. - Тем более что за разглашение коммерческой, налоговой или банковской тайны максимальный срок лишения свободы достигает 10 лет, а за те же преступления в отношении государства уголовная ответственность не превышает 7». Иностранцы тоже должны отвечать за измену родине Напомнив, что нынешний закон о гостайне был принят еще 15 лет назад, авторы рекомендаций указывают, что правоприменительная практика свидетельствует о законодательных пробелах как в базовом документе, так и в гражданском, уголовно-процессуальном и уголовном законодательстве. Рекомендации, выработанные участниками слушаний, скорее всего, лягут в основу пакета поправок в федеральные законы «О государственной тайне», «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Как полагает Гришанков, потребуются поправки не только в законодательство, но и в Уголовный, Уголовно-процессуальный и Гражданский кодексы. С одной стороны, в проекте предлагается усилить ответственность за разглашение секретной информации, а с другой - начать самое масштабное с начала 1990-х годов рассекречивание информации. Руководителей федеральных органов исполнительной власти депутаты призывают начать регулярную работу по экспертизе секретных документов, хранящихся в архивах их организаций. Для определения того, насколько обоснованно засекречены те или иные документы, руководителям рекомендовано выделить квалифицированных экспертов. Кроме того, авторы призывают исполнительную власть переводить как можно больше ведомственной информации из разряда государственной в разряд служебной тайны. Для этих целей в Госдуме намерены принять новый закон о служебной тайне. Предлагается регламентировать и допуск к гостайне депутатов заксобраний и органов местного самоуправления и тех россиян, которые призываются на военные сборы. Тем, кто имеет доступ к секретной информации, авторы предлагают выделять надбавки к зарплате. Статью 284 УК, оговаривающую ответственность за утрату секретных документов, предлагается отменить вовсе. Как указывается в рекомендациях слушаний за последние шесть лет за разглашение гостайны осуждено около 70 человек, а за утрату документов, содержащих гостайну, не было вынесено ни одного обвинительного приговора. Одновременно авторы поправок предлагают и жесткие меры, например ввести уголовную ответственность за получение секретных сведений путем похищения, шантажа, подкупа и угрозы насилия в отношении владельца тайной информации, и усилить ответственность за разглашение гостайны, переведя это преступление в разряд тяжких. Кроме того, предлагается устранить пробел в статье 275 УК («Государственная измена»), который до сих пор не позволял судить по этой статье иностранцев, находящихся на российской воинской службе. В круг возможных изменников родины теперь будут добавлены и иностранные граждане. Ученым-оборонщикам расширят контакты с зарубежьем Из-за медленного рассекречивания отечественных архивов большинство учреждений РАН не может проводить целую серию исследовательских проектов - либо совместных с иностранными учеными, либо ведущихся за счет зарубежных организаций. В письме совета Общественной палаты (ОП) председателю Госдумы Борису Грызлову, направленном в июле 2006 года, подчеркивается: «Ограничения на профессиональные контакты российских ученых со своими зарубежными коллегами, культивирование недоверия и подозрительности в среде ученых могут привести к негативным последствиям для развития передовой науки». Видимо, откликаясь на призыв ОП, авторы рекомендаций Госдумы призывают разрешить отныне совместное патентование изобретений российскими и иностранными учеными. В ОП разработкой рекомендаций для Госдумы занималась комиссия по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы, возглавляемая адвокатом Анатолием Кучереной. Как заявил адвокат корреспонденту «Газеты», к существующему закону "О государственной тайне» возникает много вопросов, поэтому его реформирование назрело уже давно. «У нас каждое министерство и ведомство пытается приватизировать информацию», - отметил он. Как отмечается в письме ОП, действующая в стране система сохранения государственной тайны во многом унаследована от тоталитарной власти и концептуально непригодна для эффективного использования в условиях демократического государства с рыночной экономикой. По мнению членов ОП, такая ситуация позволяет манипулировать понятиями государственной тайны в широком диапазоне, выводя из сферы охраны действительно государственно важные сведения, одновременно засекречивая информацию, не нуждающуюся в этом. Историки смогут оправдаться по голодомору Рекомендации лишь отчасти подготовлены аппаратом Госдумы. Свои предложения по изменению закона о гостайне сформулировали судейское, адвокатское, прокурорское и научное сообщество. Они предлагают начать с совершенствования системы засекречивания и рассекречивания сведений, составляющих гостайну. Для этого в регионах могут быть созданы межведомственные экспертные комиссии по рассекречиванию документов уже не существующих организаций. Наибольший интерес общества могут теперь вызвать архивы КПСС, а также тех советских министерств и ведомств, у которых после декабря 1991 года не осталось правопреемников. Гришанков отдельно подчеркнул, что силовых структур такая мера не коснется, у них правопреемники есть. По мнению Гришанкова, представительства МИДа за рубежом, отечественные историки и то и дело сталкиваются с информационными трудностями. «Если будет рассекречена целая серия партийных архивов, у нас наконец-то появятся совсем другие аргументы, например касающиеся фактов голодомора. Ведь ни для кого не секрет, что украинские власти настаивают, что голодомор был применен исключительно против жителей Украины, но если архивы рассекретят, мы сможем доказать, что от голода пострадала вся страна», - привел пример Гришанков. Поправки могут провоцировать и произвол следователей Депутаты рекомендуют внести изменения в уголовное законодательство и в Кодекс об административных правонарушениях. Предлагается реализовать наконец в виде закона определение Конституционного суда по поводу допуска адвокатов при рассмотрении гражданских и арбитражных дел, связанных с нарушением закона о гостайне. КС неоднократно указывал, что суд не усматривает препятствий допуска к такой информации любого адвоката согласно с установленным порядком. Порядок заключается в том, что с адвоката берут расписку о неразглашении сведений, составляющих гостайну. По словам адвоката Роберта Зиновьева, защищавшего своего коллегу Бориса Кузнецова, расписка представляет собой шаблонный документ, где указано, что человек предупрежден о неразглашении гостайны и ответственности за это правонарушение. «Я считаю, что это формальный подход, так как в каждом ведомстве есть свои внутренние нормативные подзаконные акты, регламентирующие, что относится с гостайне, а что нет, - сказал Зиновьев корреспонденту "Газеты". - И они тоже носят гриф "Секретно", их нет в широком доступе. Естественно, никто не знает о них. Так, Кузнецову вменяется нарушение приказа директора ФСБ, о существовании которого он даже не подозревал». Зиновьев считает, что в таких случаях нужно обязательно разъяснять содержание актов и доводить до сведения человека порядок сохранения гостайны. Например, что с материалов запрещено снимать фотокопии или что записи адвоката должны храниться только при уголовном деле. Кроме того, необходим единый государственный перечень сведений, составляющих гостайну. Также изменения, если их поддержит Госдума, коснутся процессуальных норм. Например, планируется выделить в УПК самостоятельный раздел, в котором предусмотреть основания и порядок получения в процессе доследственной проверки и производства по уголовному делу сведений, составляющих гостайну. Эта норма, по мнению экспертов, вносится исключительно в интересах следователей, так как расширяет их полномочия. Зачастую они сталкиваются с необходимостью истребования у организаций каких-либо документов, но чиновники им отказывают, ссылаясь на гостайну. Изъять же документы сыщики могут, только если уголовное дело уже возбуждено. Режимом гостайны, например, защищены многие предприятия оборонного комплекса. Однако, по мнению Зиновьева, это новшество вводить нецелесообразно, так как она расширяет возможности для злоупотреблений со стороны недобросовестных следователей. Что бы вы рассекретили? ЮРИЙ КОБАЛАДЗЕ, бывший руководитель пресс-бюро Службы внешней разведки, управляющий директор по корпоративным отношениям компании X5 Retail Group N.V.: - Что касается работы спецслужб, то я бы рассекретил все документы, которые не имеют оперативной значимости и не раскрывают источники и какие-то конкретные современные операции, но помогают разобраться с нашим прошлым. Когда я работал в разведке, то занимался рассекречиванием, и мы тогда сделали много полезного для того, чтобы дать новый взгляд на историю различных аспектов холодной войны. Я считаю, что эта работа очень полезная, нужная и важная. Но она должна носить не спонтанный, а систематический характер, чтобы не выплеснуть вместе с важной и полезной информацией что-то такое, что может нанести ущерб национальной безопасности. А такие случаи, к сожалению, бывали. ГРИГОРИЙ ПАСЬКО, журналист: - Я был бы очень рад, если бы соблюдалось (в первую очередь представителями государства) то, что уже есть в нынешних российских законах. Мы бы почувствовали на своей жизни, если бы без каких-либо нововведений соблюдался закон о гостайне, потому что там есть перечень того, что нельзя засекречивать, между прочим, под страхом уголовной ответственности. У нас же до сих пор засекречиваются сведения по демографии, по состоянию здоровья населения, а также данные об опасных объектах, влияющих на уровень раковых заболеваний россиян. Но ведь согласно статье 7 закона "О государственной тайне" эти данные засекречиванию не подлежат. ВЛАДИМИР РУБАНОВ, член президиума совета по внешней и оборонной политике, бывший начальник аналитического управления КГБ СССР: - Гостайна - это не что-то такое, что спускается сверху откуда-то взявшимися экспертами, но это воля государственного руководства. Гостайна, как институт политического и государственного управления, связана с тем, что нормой является то, что информация должна быть открытой. Поэтому закон "О государственной тайне" - это еще и такой законодательный акт, который исключает нечто из общей нормы. По большому счету нужно доказывать не то, что у меня есть что-то несекретное, а то, почему это секретно. Если мы перейдем на эту позицию, то все становится ясно. Гостайна - это право власти, которым она пользуется, доказывая обществу, что это необходимо. Когда я занимался этой тематикой, в США было 10 человек, входящих в федеральный регистр (госсекретарь, министр обороны и другие), которым было предоставлено право изымать информацию из обращения, то есть право первоначального засекречивания. Например, я занимаюсь вопросами обороны, и мне дано право в этой сфере засекречивать информацию. Но это не мой секрет, и не я его придумал. У меня есть представитель в военно-промышленном комплексе, и когда я получаю госзаказ, то мне говорят, что такие-то вещи секретны. Постоянно должен работать механизм, позволяющий вывести из обращения ту или иную информацию, и законом определяется, в какой сфере я могу засекречивать. И еще. У нас обычно наказывают за нарушение секретов. Но необоснованное засекречивание тоже является правонарушением и должно караться. С моей точки зрения, перечневый подход неправилен. Скажем, я веду переговоры по каким-то вооружениям и прихожу к выводу, что мне нужно открыть некие сведения. И что, я должен два года ждать, когда переделают этот перечень? Просто у нас существует непонимание самой природы секретности и техники, как все это делается. У нас есть секретность бумаги, но не собственно секрет, потому что люди, как правило, и сами не понимают, что они засекречивают. А это значит, что мы не контролируем собственно секреты, но контролируем бумаги, на которых стоит гриф «Секретно». На мой взгляд, нет такого понятия, как "перечень секретности", но есть понятие первоначального засекречивания и право на снятие этого грифа. Иными словами, я засекретил, скажем, как министр обороны, и я же рассекретил - в пределах своей компетенции. ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ, председатель комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству (фракция "Единая Россия"): - Я бы рассекретил какие-то моменты из нашего прошлого, чтобы это не коснулось следующих поколений. Скажем, какие-то революционные решения, чтобы люди знали, что происходило на самом деле, и чтобы этот опыт помог им повторно не допустить какие-то ненормальные вещи.
Read more at: http://gzt.ru/politics/2008/10/13/222902.html.
Последнее обновление ( 13.10.2008 )
 
< Пред.   След. >

ml
 
Информация
ArtRoot.Ru Основы Искусства © 2017